Наталья Дёмшина
— Мы видим горящие глаза молодых специалистов, радость встреч опытных коллег. Значит, всё идёт правильно! «МИНГЕО Сибирь» живёт и развивается. И мы постепенно понимаем и принимаем тот факт, что форум давно уже живёт независимо от нас, его организаторов. Мы как Аладдин, просто должны каждый год зажигать эту «лампу», — говорит Игорь Свинтицкий, автор идеи, организатор, директор форума «МИНГЕО Сибирь», председатель ОЭРН (Общество экспертов России по недропользованию).
— Игорь Львович, XIX форум прошёл 20–21 мая в конгресс-холле СФУ и собрал более 680 участников. Что для вас стало главным итогом?
— Главный итог не в цифре посещаемости. Он в том, что разговор в этом году был предметный и, если хотите, иногда неудобный. На форуме почти не было докладов в жанре научно-производственного фэнтэзи — «посмотрите, как у нас всё хорошо». Говорили о том, что геологическая информация разнородна и плохо стыкуется, что лёгкие объекты закончились, что кадровая концепция в нынешнем виде не работает, что аффинажные мощности загружены меньше чем наполовину.
Вот это для меня и есть показатель зрелости площадки. «МИНГЕО» затевался в 2007 году именно ради такого разговора — не только рассказывать о достижениях, но и обсуждать проблемные вопросы и вместе искать решения.
— Пленарное заседание открывал руководитель Роснедр Олег Казанов. Какой сигнал он дал отрасли?
— Сигнал финансовый и вполне конкретный: бюджетное финансирование геологоразведки на твёрдые полезные ископаемые в 2026 году выросло на 46 % — до 10,4 млрд рублей. Годом ранее финансирование проектов по ТПИ увеличилось более чем на 30 %. После долгих лет, когда ТПИ финансировались по остаточному принципу, это разворот.
Но у любого разворота есть обратная сторона. Деньги приходят на территорию, геологическая основа которой готовилась двадцать лет разными коллективами и по разным требованиям. И вопрос «куда именно ставить работы» становится острее, чем вопрос «на что их ставить».
— Об этой основе на форуме говорили отдельно?
— Да, и это, на мой взгляд, был один из самых важных докладов. Евгений Берзон из Института Карпинского представил новый вид региональных исследований — мониторинг Госгеолкарты-1000/3, на примере Ангаро-Енисейской серийной легенды.
Ситуация такая. Съёмки миллионного масштаба третьего поколения практически завершены, вся территория страны закрыта. Но по одной только Ангаро-Енисейской легенде комплекты готовились с 2005 по 2024 год. Четыре западных листа делали красноярские геологи, три — иркутские, ещё два — специалисты ВСЕГЕИ. Разные школы, менявшиеся инструктивные требования, несогласованные легенды, тектонические схемы в разных условных обозначениях. Минерагенические подразделения по разные стороны границ не совпадают ни контурами, ни названиями. Притом что все они прошли единый научно-редакционный совет, просто в разные годы и у разных редакторов.
— Есть цифры, которые иллюстрируют эти расхождения?
— Есть, и они говорят сами за себя. На геологической карте Ангаро-Енисейской легенды 4 959 объектов коренных полезных ископаемых, в Государственном кадастре месторождений — 5 008. А соответствуют друг другу только 1 147. Всё остальное расходится по привязке или по названиям: один и тот же объект в кадастре и на карте называется по-разному.
Пока это не приведено к единому виду, разговоры о единой цифровой геолого-картографической модели страны останутся разговорами.
— Мы плавно подошли к «цифре» и искусственному интеллекту. На форуме впервые состоялся круглый стол «Кибергеология и недропользование».
— Прошёл, и я рад, что он получился не рекламным. Основная мысль, прозвучавшая там: главное препятствие для ИИ-платформ в геологии — не вычислительные мощности и не алгоритмы, а высокая субъективность выводов в геологических отчётах. Как учитывать коэффициент этой неоднородности, пока непонятно: он индивидуален для каждого случая.
Очень изящный выход предложила Елена Колова из СВКНИИ ДВО РАН. Она напомнила, что объектом поиска фактически является не металл, а минерал. А минерал — понятие абсолютно цифровое: форма, структура, кристаллическая решётка, химический состав, оптические свойства выражаются количественно, и субъективности там почти нет. То есть минералогия может стать тем слоем данных, на который ИИ имеет право опираться. А грамотное и рациональное использование ИИ в геологии и всём комплексе наук о Земле уже становится правилом хорошего тона. Как появление микроскопа, магнитометра или космического спутника и изучения Земли из космоса. Это уже часть инструментария геолога, горняка или металлурга.
— Насколько мы к этому готовы?
— Пока скромно. По созданному в лаборатории ресурсу для Магаданской области учтено 1 229 рудных объектов, для Чукотки — 2 918. Но описание самородного золота есть только у 23 % магаданских объектов, хотя более 30 % относятся к золото-кварцевой формации, где видимое золото предполагается. Данные по минералам серебра — у 14 % объектов. Значит, большая часть сведений носит маршрутный, а не минералогический характер.
Пригодных для загрузки в платформы объектов сегодня порядка 185 по Магаданской области и не менее 140 по Чукотке. Это немало для старта, но это и не «весь северо-восток». И ещё одно наблюдение с той же сессии: в мировых минералогических базах — Mindat, Webmineral, RRUFF — Россия, особенно её северо-восток, представлена слабо. Свои базы надо развивать самим.
— Вернёмся к поискам. Какое ощущение оставили производственные доклады?
— Ощущение честное и немного тревожное: лёгких объектов больше нет.
Владислав Сенкевич из красноярского филиала «Полиметалл УК» показал работу на перекрытых площадях западной части Енисейского кряжа. Шнековые скважины, наклонное бурение малогабаритными установками, геохимия по стволу. Получили контрастную линейную аномалию по мышьяку около 400 м длиной, подтвердили полиметаллическую минерализацию, а промышленного золота не получили. По ряду площадей лицензии сдали.
Но докладчик сделал очень правильный акцент: главным результатом стала собственная методика поисков в таких ландшафтно-геологических условиях, и она уже применяется при лицензировании новых участков. Вот это профессиональный разговор. На отраслевых площадках очень редко рассказывают, как не получилось и почему это всё равно ценно.
— А на другом полюсе — доклад «Полюса» об Олимпиадинском…
— Да, Станислав Ильин показал историю объекта, разведанного до 1 800 м и по глубине так и не оконтуренного, с геологическими запасами порядка 2 500 т золота при бортовом содержании 0,5 г/т. Ключевой урок оттуда — управленческий: разведка глубоких горизонтов должна выполняться заблаговременно. С развитием карьера физически исчезают удобные площадки под буровые станки, и отложенное решение потом становится невыполнимым. Кстати, для оптимизации там перешли на многоствольное бурение и сократили объём проходки почти вдвое.
— Критические металлы — сейчас тема номер один в отраслевой повестке. Что показал круглый стол по кластеру и ИНТЦ «Долина Менделеева»?
— Показал, что узкое место в этом вопросе лежит не в геологии. Разбирали объекты по одному: Томторское, которое перешло под контроль «Роснефти», но практических результатов пока не дало; Тастыгское, где инвестор заявляет потребность в 15 МВт, а доступно 2 МВт; Ак-Сугское с обязательством ввода в три года и высоким содержанием мышьяка в руде; Чуктуконское с дисперсными и трудно-обогатимыми рудами, которому нужен инжиниринговый центр.
Электрические мощности, земельные участки, экологические ограничения, условия техприсоединения — вот реальный набор ограничений. Поэтому квинтэссенция обсуждения была сформулирована так: кластер должен стать не просто местом добычи, а механизмом сшивания разрозненных активов в единую технологическую цепочку — от руды до готового изделия, с гарантированным сбытом внутри контура.
— Аффинажный блок вписывается в эту же логику?
— Полностью. Никита Смирнов из «Красцветмета» привёл цифры, которые многих отрезвили: загрузка аффинажных мощностей в России — менее 40 %. Один крупный завод способен переработать практически весь объём драгоценных металлов страны. Рынок высококонкурентный и низкомаржинальный, поэтому строить новый аффинажный завод как самостоятельный инвестпроект коммерческого смысла нет.
При этом импорт сырья в Россию фактически прекратился из-за разногласий по таможенному администрированию, хотя поручения правительства есть. И отдельная больная точка — радиоэлектронный лом: значительная часть устройств с драгметаллами уходит на полигоны отходов либо в незаконный оборот.
— Что нового в профильной для ОЭРН теме отчётности о ресурсах и запасах?
— Панельную дискуссию «Россия, CRIRSCO и МИРР» мы традиционно проводим вместе с ЕСОЭН, ПОНЭН Казахстана и Кыргызской горной ассоциацией. Обсуждали место России в семействе кодексов CRIRSCO, роль компетентных лиц, этику эксперта по недропользованию как региональный стандарт СНГ, практический опыт перехода от ГКЗ-отчётности к международным кодексам. Коллеги из Казахстана представили прогресс продвижения национального кодекса KazRC.
Моя позиция здесь простая: прозрачные и сопоставимые стандарты отчётности — это не про экспорт и не про моду, это про инвестиционную привлекательность собственных недр.
— Самой резонансной, судя по всему, на «МИНГЕО Сибирь — 2026» стала кадровая сессия.
— Так и есть. Её модерировал проректор НИТУ «МИСИС», председатель ФУМО по прикладной геологии Вадим Петров, содержательный доклад сделали Владимир Макаров из СФУ и Алексей Самсонов из МГУ им. М. В. Ломоносова.
Цифры такие: в отрасли занято порядка 47 тыс. человек, из них около 30 тыс. — специалисты высшей квалификации; готовят их примерно 50 вузов и 30 техникумов, выпуск — около 3 тыс. человек в год. И тут же разрыв, который перечёркивает всю систему: молодой специалист может получать 150–200 тыс. рублей сразу после вуза, а профессор регионального университета — 60–70 тыс. Именно этот профессор должен готовить этого специалиста.
По итогам обсуждения производственное и академическое сообщество зафиксировало, что текущая версия концепции кадрового обеспечения непригодна к утверждению: это скорее политический манифест, чем управленческий документ. И одновременно сформулировало, чего в нём не хватает: государственного заказа с приоритетом Сибири и Дальнего Востока, совета по профессиональным квалификациям как регулятора отраслевых стандартов, обязательных стажировок преподавателей на производстве, атласа новых цифровых профессий и измеримых показателей вместо общих слов.
— Форум может на это повлиять?
— Должен и может, и прецеденты есть. Часть предложений, звучавших на наших круглых столах в прошлые годы, вошла в концепцию развития кадрового потенциала минерально-сырьевой отрасли, подготовленную Роснедрами. Мы много лет говорили и о заявительном принципе предоставления лицензий на перспективные участки с прогнозными ресурсами — задолго до того, как он был введён в практику. Форум не принимает решений, но он формирует консолидированную позицию профессионального сообщества, а это уже аргумент.
— Практическая часть работы с молодёжью на форуме тоже была?
— Конечно. Во второй день прошёл финал «Инженерной лаборатории»: 18 команд первокурсников института цветных металлов и политехнического института СФУ — всего 106 человек — и более пяти команд школьников из Красноярска и Сосновоборска — ещё 22 участника. Ребята показывали собственные функциональные механизмы, включая роботов-манипуляторов, а участников форума мы приглашали выступить экспертами. Работала ярмарка вакансий «Кадры в НЕДРа».
Александра Хопта, руководитель пресс-службы Роснедр, рассказала о чемпионате «ГеоВызов»: в прошлом сезоне в нём участвовало 38 команд из 17 стран. Она же сделала нам очень правильное замечание: вузы Сибирского федерального округа в чемпионате представлены недостаточно. Будем это исправлять!
— В 2027 году 25–27 мая «МИНГЕО Сибирь» пройдёт в двадцатый раз. Чем он будет отличаться?
— Структурно — ничем: вторник отводим под мастер-классы и открытые лекции, среда и четверг — основная деловая программа, пятница — полевые экскурсии. Мы принципиально не хотим, чтобы рост мероприятия мешал его смысловой нагрузке, поэтому продолжаем насыщать программу специализированными сессиями, а не расширять церемониальную часть.
Содержательно добавим новое: планируем отдельную выездную тематическую сессию на Бирюсинском заливе Красноярского моря — с докладами и презентациями, а не только с водными экскурсиями на катерах с обходом красивых геологических памятников и инженерно-технических сооружений и пикником. Постараемся использовать каждую возможность для того, чтобы поделиться знаниями или новыми технологиями, тем более в таком прекрасном и величественном окружении сибирской природы. Сохраняем традиционную экскурсию на «Красцветмет», рассматриваем выезды на месторождения края. А после форума хотим повторить пятидневную геолого-стратиграфическую и историко-археологическую экскурсию по Хакасии: в 2026 году мы провели её впервые, с посещением старых и действующих приисков, природных геологических памятников и даже известных астральных мест, с промывкой россыпного золота — и получили очень тёплый отклик.
— 20 лет — солидный возраст для отраслевого мероприятия. Что сейчас вы назвали бы главным достижением форума за эти почти два десятка лет?
— Думаю, главное — что форум состоялся не просто как мероприятие, а как реальное, большое отраслевое событие. Что идея, родившаяся в 2006–2007 годах, воплотилась в реальное мероприятие, ставшее широко известным не только в минерально-сырьевой отрасли, но и в смежных отраслях. Сейчас его знают и участвуют в его работе уже разные поколения специалистов, если хотите, то даже горняцкие и геологические династии. Это значит, что форум полезен, необходим, нужен, востребован.
В 2026 году было почти 700 участников, даже невзирая на то, что за последние пять лет в отрасли появилось много новых похожих разноформатных мероприятий. Семинары, круглые столы, дискуссии в разных регионах России организовываются и проходят очень активно. Но «МИНГЕО Сибирь» занимает в этом расписании особое место. И благодаря своему географическому расположению — в центре Сибири. И благодаря людям — участникам форума. И благодаря активной и насыщенной программе мероприятия.
— Да, сейчас «МИНГЕО Сибирь» хорошо известен в профессиональных кругах. А как всё начиналось?
— В 2007 году мы с коллегами решили организовать воркшоп для красноярских специалистов и студентов СФУ: геологов, горняков, металлургов. Договорились с иностранными экспертами, в том числе пригласили министра природных ресурсов провинции Онтарио — крупнейшего горнодобывающего региона Канады.
Профессиональных мероприятий в России тогда было мало: тихо, туманно, как на болоте. «Затянуло бурой тиной гладь старинного пруда…» Только кое-где вспыхивали редкие огоньки отраслевых мероприятий. Проводился МАЙНЕКС в Москве, других вариантов практически не было. Специалисты изголодались по новой информации, по обмену опытом, да и по профессиональным встречам, в конце концов.
И когда мы начали организовывать небольшой профессиональный семинар (воркшоп) по обмену опытом, многие специалисты заинтересовались, откликнулись. Тем более что мы собирались говорить о новом, на тот момент в зарубежном опыте. Желающих было так много, что быстро стало понятно: получается уже не семинар на 30–40 человек, а полноценный форум. На первом мероприятии было 120–130 участников, не только из Красноярска, но и из других регионов Сибири и Дальнего Востока. Причём узнавали они о форуме в основном по сарафанному радио. Активной рекламы не было, только несколько журналов разместили информацию.
Для нас это означало востребованность таких профессиональных встреч, где можно не только рассказывать о достижениях, но и говорить о недостатках, о проблемах. И совместно находить пути решения сложных вопросов, чтобы улучшить работу геолого-разведочных и горнодобывающих компаний. Так идея небольшого профессионального семинара для узкого круга специалистов Красноярского края выросла в форум всероссийского масштаба.
В общем, началось всё активно, бурно и очень интересно. Первый форум в 2007 году назывался «МАЙНЕКС Сибирь», а в 2008-м был переименован в «МИНГЕО Сибирь».
— Форум активно растёт, развивается. Что самое главное сейчас для его организаторов?
— Думаю, главное, чтобы этот рост не помешал основной смысловой нагрузке — именно самой деловой программе «МИНГЕО Сибирь». На этом мы акцентируем внимание: стараемся насытить программу специализированными семинарами, круглыми столами и другими деловыми форматами.
Мероприятия проходят одновременно на нескольких площадках. В последние пять лет мы делаем записи и транслируем на интернет-портале «ГЕОВЕБИНАРЫ» все сессии, выступления и дискуссии. Геовебинары — это глобальная платформа знаний. Всё о геологии и недропользовании, где каждый вторник и пятницу транслируются специализированные выпуски по тематикам, связанным с поисками, разведкой и освоением минеральных ресурсов. А также транслируются многие отраслевые мероприятия, конференции и семинары. Всё это хранится в обширной мультимедийной библиотеке и доступно по подписке всем желающим повысить свой профессиональный уровень.
Зарегистрированные пользователи могут посмотреть видео в течение форума и после его окончания, даже задать вопросы спикерам и, конечно, получить развёрнутые комментарии, ответы на свои вопросы, решения каких-то своих производственных проблем или наболевших вопросов.
— Как такие насыщенные профессиональные встречи и обсуждения влияют на работу отрасли?
— Например, на форуме мы регулярно обсуждаем вопросы подготовки кадров. И некоторые предложения, которые рассматривались на таких круглых столах, были внесены в концепцию развития кадрового потенциала для минерально-сырьевой отрасли России, подготовленную специалистами федерального агентства Роснедра. Конечно, это зависело не только от форума, но его поддержка сыграла весомую роль в принятии на государственном уровне важных для отрасли решений.
Есть много примеров, когда, познакомившись на форуме, его участники в дальнейшем запускали новые совместные проекты. Или находили оригинальные ответы и решения своих не совсем простых вопросов.
— Что вас, как организатора «МИНГЕО Сибирь», вдохновляет продолжать эту работу?
— Однажды мы попробовали не проводить форум, перейти на режим раз в два года. Нас завалили звонками и письмами: «Как это форума не будет! Срочно всё вернуть!» Тогда мы окончательно поняли, что «МИНГЕО» живёт независимо от нас, организаторов. Мы, как Аладдин, просто должны раз в год зажигать эту лампу.
А удерживают простые вещи: горящие глаза молодых специалистов и радость встреч опытных коллег. Пока это есть, всё идёт правильно.
Продолжаем работать в духе девиза форума «МИНГЕО Сибирь»: «Разведываем новые технологии. Делимся запасами знаний. Добываем успех!»
Приглашаем коллег с 25 по 27 мая 2027-го снова собраться вместе в Красноярске, на берегу великой сибирской реки Енисей, обсудить серьёзные вопросы, обменяться мнениями — и дальше с новыми знаниями опять пойти в поля, рудники и шахты, чтобы применить их на практике.